Президент Рoccии Дмитрий Медведев накануне вcтречи Бoльшoй вocьмерки oзвучил рoccийcкие предлoжения пo coвершенcтвoванию междунарoднoгo режима oбеcпечению безoпаcнocти атoмнoй энергетики. Стoит вcпoмнить, что cовременный международный режим ядерной безопаcноcти начал формироватьcя в 1979 г. поcле аварии на АЭС Три-Майл-Айленд в США.
Этот режим предcтавляет cобой совокупность международных конвенций, политических и иных договоренностей, а также национальных законодательств стран. Основными элементами международного режима ядерной безопасности являются:
- – Конвенция о ядерной безопасности;
- – Объединенная конвенция о безопасности обращения с отработавшим топливом и о безопасности обращения с радиоактивными отходами;
- – Конвенция о физической защите ядерного материала;
- – Конвенция о гражданской ответственности за ядерный ущерб;
- – Парижская конвенция (1960) и Конвенция о дополнительной компенсации за ядерный ущерб (1997);
- – Устав Международного агентства по атомной энергии, основные принципы, руководства и рекомендации МАГАТЭ по обеспечению безопасности в области атомной энергетики, радиационной защиты, обращения с радиоактивными отходами и перевозки радиоактивных материалов.
Общими принципами этого режима являются: полная ответственность эксплуатирующей организации за безопасность и требование учреждения или назначения регулирующего (компетентного) органа, наделенного надлежащими полномочиями, компетенцией, финансовыми и людскими ресурсами. Причем предполагается эффективное разделение функций регулирующего органа и функций любых других органов или организаций, которые занимаются содействием использованию или использованием атомной энергии. Стандарты МАГАТЭ по ядерной безопасности (СБ) представляют собой систему документов, включающих Общие принципы (ОП) безопасности, Требования (ТБ) – что должно быть – и Рекомендации (РБ) – как достичь соответствия ОП и ТБ. ОП и ТБ утверждаются Советом управляющих МАГАТЭ, а РБ – Генеральным Директором МАГАТЭ. Большинство из этих стандартов разработано в рамках МАГАТЭ при участии других международных организаций – Международная организация труда (МОТ), Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ), Научный комитет Организации Объединенных Наций по действию атомной радиации (НКДАР ООН) и др.
СБ не имеют обязательного характера для государств-членов. Страны могут применять их для принятия национальных стандартов и правил безопасности в области использования атомной энергии. СБ обязательны только для государств-членов в рамках помощи, получаемой от МАГАТЭ при создании ядерных объектов.
Для обеспечения применения стандартов МАГАТЭ по просьбе стран проводит рассмотрения состояния безопасности и предоставляет консультативные услуги через направляемые в государства-члены различные миссии по оценке безопасности – интегрированная оценка регулирующего органа (ИРРС), консультативные услуги по ядерной безопасности, общий анализ безопасности; оценки: инженерно-технической безопасности (ЭРС), эксплуатационной безопасности (ОСАРТ), радиационной безопасности (РСА), безопасности исследовательских реакторов и установок ядерно-топливного цикла, культуры безопасности, площадки АЭС и сейсмоустойчивости, безопасности транспортировки, безопасности при обращении с отходами, образовательной и обучающей деятельности, готовности к чрезвычайным ситуациям.
В этих миссиях принимают участие эксперты из стран – членов МАГАТЭ, имеющих опыт развития атомной энергетики. По результатам миссий готовятся независимые оценки и рекомендации, которые основаны на стандартах МАГАТЭ и опыте стран, направивших своих экспертов.
Партнерские проверки осуществляются также в рамках деятельности неправительственной международной организации «Всемирная ассоциация операторов АЭС» (ВАО АЭС). Одна из таких проверок закончилась совсем недавно на АЭС России, и планируется что ее результаты будут опубликованы 3 июня.
Уроки Фукусимы
Почему российские предложения по ядерной безопасности вызвали такой живой интерес у мирового сообщества? Анализ существующего международного режима ядерной безопасности в свете уроков Фукусимы показывает, что среди международных правовых норм отсутствуют нормы, регулирующие участие государства в управлении аварией и снижении уровня ее последствий. Так, в первые дни аварии на АЭС Фукусима-1 только компания – оператор атомной станции ТЕПКО принимала оперативные решения, во многих случаях – за пределами лицензии по управлению аварией и снижению уровня ее последствий. Правительство Японии с запозданием включило необходимые ресурсы. Позднее вмешательство правительства – следствие концепции устранения государства от управления использованием атомной энергетикой. Государственные функции регулирующего органа в случае аварии также определены лишь рамочно, часть из которых подключается лишь при запросе со стороны государства или оператора. Обращение к мировому сообществу за содействием в устранении аварии запоздало. Объем информации о происходящих на аварийной АЭС процессах был недостаточен. Фактически из этого можно сделать вывод, что японское государство не подключило все свои ресурсы в поддержку оператора по управлению аварией на АЭС Фукусима-1 и снижению ее последствий. В Японии отсутствует регламент координации и взаимодействия государства, эксплуатирующих организаций и регулирующего органа в целях управления аварией и снижения уровня ее последствий. Недостаточен объем международно-правовых требований, регулирующих участие государства в управлении аварией и снижении уровня ее последствий для случаев, когда авария соответствует 4-му уровню по шкале INES МАГАТЭ (Международная шкала ядерных и радиологических событий, International Nuclear Events Scale (INES)).
Уровни ядерных и радиологических событий по шкале ИНЕС характеризуются как авария, начиная с четвертого: 4-й – авария без значительного риска за пределами площадки, 5-й – авария с риском за пределами площадки, 6-й – серьезная авария, 7-й – крупная авария.
Японская АЭС с реакторной установкой первого поколения не соответствовала новым рекомендациям МАГАТЭ:
- – недостаточность эшелонированной защиты для смягчения последствий аварий – отказ систем жизнеобеспечения по общей причине (полное обесточивание АЭС);
- – недостаточность пассивных систем, важных для безопасности, и диверсификации функций этих систем; отсутствие системы удержания расплава активной зоны в корпусе реактора.
Это говорит о том, что в Японии отсутствуют обязательные международные требования, которые бы запрещали сооружение новых реакторных установок, если они не отвечают современным стандартам. Стоит отметить, что отсутствует обязательное международное требование о создании в таких странах инфраструктуры атомной энергетики в соответствии с рекомендациями МАГАТЭ и при содействии страны – поставщика ядерно-энергетической установки для обеспечения долгосрочной безопасной эксплуатации АЭС и ее последующего снятия с эксплуатации. Развитие событий на АЭС Фукусима-1 проиллюстрировало, что существующие международные требования к строительству АЭС в сейсмически опасных зонах, включая требования по учету внешних воздействий природного и техногенного характера, по сейсмоустойчивости и устойчивости к авариям, к площадкам размещения АЭС, к обеспечению безопасности на всех этапах жизненного цикла АЭС не сработали в чрезвычайной обстановке (мощные землетрясения, цунами). Нам необходимо пересмотреть существующие проектные требования с целью учета маловероятных катастрофических событий (мощные землетрясения, цунами и т.д.) и разработать меры управления такими авариями.
Лишь спустя несколько дней информация из Японии начала поступать в Россию по каналам оперативного оповещения в соответствии с аварийными конвенциями, но не напрямую по нашим запросам, а через Центр по инцидентам и аварийным ситуациям (ЦИАС) МАГАТЭ. Конвенция об оперативном оповещении о ядерной аварии предусматривает процедуры оповещения рамочного, без детализации, а главное – не указаны нормативные сроки предоставления такой оперативной информации контактным пунктом национального компетентного органа (НКО) потерпевшей страны в ЦИАС и в контактные пункты других заинтересованных участников аварийных конвенций.
Дмитрий Резнич
