Никтo не пoдвергает coмнению тoт факт, чтo взрыв на Чернoбыльcкoй атoмнoй электрocтанции cтал cамoй cтрашнoй ядернoй аварией в иcтoрии и крупным экoлoгичеcким бедcтвием. Кoличеcтвo выcвoбoдившегоcя радиоактивного вещеcтва в 500 раз превыcило мощноcть бомбы, cброшенной на Хироcиму в 1945 г. В ликвидации поcледcтвий Чернобыльcкой катастрофы участвовали сотни тысяч пожарных, различных специалистов, в том числе добровольцев, которые боролись с огнем и разрушениями, строили саркофаг над реактором; более 130 тыс. человек были эвакуированы и еще 200 тыс. впоследствии переселены в другие места.
Сегодня, 25 лет спустя после катастрофы и в момент аварии на японской АЭС «Фукусима )» мы беседуем с Иваном Сергеевичем Макаровым, возглавлявшим сводный летный отряд гражданской авиации, работавший в зоне Чернобыльской АЭС. Он руководил этим отрядом в самый тяжелый период спасательных работ - с мая по июль 1986 г.
По словам Ивана Сергеевича, основу отряда составили коллектив и воздушные суда Мячковского объединенного авиаотряда. Причина, по которой именно этот отряд «бросили» на Чернобыль в том, что он долгие годы участвовал в изучении последствий ядерных испытаний, проводимых на советских ядерных полигонах на Новой Земле и в районе Семипалатинска. Полеты с целью радиационной разведки последствий и результатов взрывов атомного и водородного оружия велись экипажами, имеющими очень высокую профессиональную подготовку, совместно с сотрудниками Института прикладной геофизики. Отряд был оснащен летаюшими лабораториями, созданными на базе самолетов Ил-14 и Ан-30, а также вертолетов Ми-8. Экипажи ВС и обслуживающий персонал отряда имели опыт работы в экстремальных условиях, что и определило назначение заместителя командира Мячковского авиаотряда Ивана Макарова руководителем подразделения гражданской авиации в районе Чернобыльской катастрофы.
Стоит отметить, что все работы, связанные с испытанием ядерного и термоядерного оружия в СССР, были совершенно секретными. До 6 мая 1986 г. это касалось и всех работ, проводимых в районе Чернобыльской катастрофы, что отрицательнейшим образом сказалось как на самих «ликвидаторах», так и на населении окружающих районов.
Самолеты гражданской авиации базировались на киевском аэродроме «Жуляны», где до катастрофы находилось до десятка воздушных судов. Но через 5-6 дней после неё все места, где можно было «припарковать» самолеты и вертолеты, были заняты. Это были Ан-2, Ан-26, Ан-30, Ил-14, Як-40, Ми-2, Ми-8 и гиганты Ми-26. Как вспоминает Иван Сергеевич, помимо мячковцев в работах «по Чернобылю» приняли участие специалисты гражданской авиации Украины, Коми, Архангельской области, Урала и Центральных районов. С ) 1 мая начали обследовать район катастрофы самолеты-метеолаборатории ГосНИИ ГА - один Ил-18 (второй прилетел позднее) и два Ан-12. Командирами этих воздушных судов были летчики-испытатели 1-го класса В.П. Шахин, Н.П. Володькин и В.Н. Котович.
Помимо пилотов гражданской авиации, в работе по ликвидации аварии принимали участие и военные летчики, которыми руководил начальник штаба ВВС Киевского военного округа генерал-майор Николай Антошкин. За мужество и героизм при выполнении работ по ликвидации аварии он был удостоен звания Героя Советского Союза.
Хотя экипажи Мячковского объединенного авиаотряда и принимали участие в работах по исследованию последствий ядерных испытаний, дозиметры и спецодежду они получали уже в ходе ликвидации Чернобыльской катастрофы. А специальными свинцовыми экранами, которые укладывались на пол кабин воздушных судов, с ними поделились военные. В целом координация работ ВВС и ГА, по словам Ивана Сергеевича, была очень четко организована, прежде всего, на «местном уровне». Военные поделились с гражданскими авиаторами и так называемыми «радиоактивными карточками» накопительного типа, на которых указывалась суммарная доза радиации, полученной экипажами. Если говорить о дозиметрах, то сначала это были ДКП-5А, которые оказались непригодными из-за малого предела измерений. Полученные позднее ДП-5Б давали только текущее значение уровня радиации, хотя важно было знать «накопленную». В результате экипажи налетывали санитарную норму часов, а сколько они получили БЭР (биологический эквивалент рентгена), никто не знал. Результат — для многих ликвидаторов доза радиации была смертельной.
Задание, выданное экипажам воздушных судов Мячковского отряда, предусматривало выявление зоны радиационной зараженности на высотах ниже 300 метров и проведение постоянного мониторинга в этой зоне. Ее радиус составил примерно 250 км. Вертолеты Ми-8 в основном боролись с пожарами, особая опасность которых заключалась в том, что с пламенем в атмосферу попадало большое количество радиационной пыли. Приходилось и заниматься работами по предотвращению выпадения интенсивных осадков в наиболее опасной 30-километровой зоны вокруг взорвавшегося реактора. На внешней подвеске вертолеты носили также и емкости со специальным составом на основе латекса. Это использовалось для «прибивки» радиационной пыли к земле. Вывозились вертолетами и люди из наиболее опасных районов.
Та завеса секретности, которая окружала всю чернобыльскую катастрофу (скрывались истинные масштабы аварии), сказывалась и на подготовке авиационных работ по ее ликвидации. Поначалу такой подготовки вообще не было, включая отсутствие необходимых лекарств. У людей постоянно присутствовал психологический прессинг в борьбе с таким невидимым врагом, как радиация. Пилоты, работавшие в первые дни после аварии, быстро «схватили» критическую дозу облучения в 10 БЭР, в том числе из-за неподготовленности к подобным работам, и их быстро заменили. Уже потом, поняв, с чем столкнулись, руководство на помощь к авиаторам направило таких специалистов, как начальник медико-санитарного управления МГА Владимир Федорович Токарев, главный врач Украинского управления гражданской авиации Александр Андреевич Федорчук. Они приняли ряд решительных мер, позволивших смягчить последствия радиации, но и они не были всесильны.
За работу по ликвидации аварии в Чернобыле Иван Сергеевич Макаров был награжден орденом Ленина. Возглавляя сводный авиаотряд, он проработал в Чернобыле два месяца. Его заменил Владимир Сычев.
В заключение беседы Иван Сергеевич вспомнил и попросил выразить благодарность за мужество и отвагу, патриотизм и летное мастерство всем летчикам и другим авиационным специалистам, участвовавшим в ликвидации этой страшной катастрофы. Среди них командиры летного отряда из Мячково Владимир Сычев, Владимир Климов, Борис Полунин, Валерий Сергеенко, киевский авиатор Александр Куцюк и многие другие. Большинство из них, хотя и пенсионеры, хотели бы собраться на встречу в эту печальную годовщину.
Иван Сергеевич Макаров, как и многие ветераны Чернобыля, трудится в гражданской авиации до сих пор, возглавляет учебно-тренировочный отряд № 22, расположенный по соседству с аэропортом Быково. Он также принимает активное участие в деятельности «Клуба ветеранов высшего руководящего состава гражданской авиации» (Клуб «Опыт»).
Гражданские авиаторы в Чернобыле
Министерством гражданской авиации СССР в район аварии в Чернобыле сразу же были направлены самолеты Ан-30, Ил-14, вертолеты Ми-8, Ми-2, Ка-26 Мячковского и Киевского авиаотрядов. В последующем для борьбы с возникшими в районе катастрофы пожарами были привлечены экипажи вертолетов Ми-8 с десантниками на борту из Архангельского и Коми управлений гражданской авиации. 18 мая 1986 г. был организован сводный отряд гражданской авиации в аэропорту «Жуляны» под руководством И.С. Макарова. Непосредственную организацию работ гражданской авиации по авиационном обслуживанию при ликвидации последствий взрыва на Чернобыльской АЭС осуществлял начальник Украинского управления ГА A.M. Горяшко.
Условия работы были экстремальными. Они усложнялись большим количеством воздушных судов, находившихся в ограниченном, при этом радиационном воздушном пространстве, высокой интенсивностью полетов и выполнением неизвестных ранее авиаторам видов работ. Экипажи вертолетов Ми-8, Ми-2, Ка-26, самолетов Ан-2 выполняли полеты непосредственно в зоне высокой зараженности. Они проводили дезактивацию местности, ликвидировачи пожары, брали забор и пробы грунта и воды, перевозили специалистов-атомщиков. На различных высотах осуществлялись аэрофотосъемочные и аэровизуальные полеты по контролю за состоянием окружающей среды.
Экипажи самолетов Ан-12. Ан-30. Як-40, Ил-14 вели радиационную разведку по всей зараженной территории СССР, выполняли полеты в верхних слоях воздушного пространства по зондированию атмосферы.
Специалисты инженерно-авиационной службы отлично готовили авиатехнику и обслуживали полеты, проводили непривычные дезактивационные работы техники подручными средствами. В целом, летный и инженерно-технический состав, несмотря на риск, проявил высокий профессионализм, мужество и понимание своего долга перед Родиной, обеспечив выполнения заданий своевременно и с высоким качеством.
Многие авиаторы, участники ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, были удостоены высоких государственных наград.
По материалам музея МГТУ ГА
Андрей Барановский
Сегодня, 25 лет спустя после катастрофы и в момент аварии на японской АЭС «Фукусима )» мы беседуем с Иваном Сергеевичем Макаровым, возглавлявшим сводный летный отряд гражданской авиации, работавший в зоне Чернобыльской АЭС. Он руководил этим отрядом в самый тяжелый период спасательных работ - с мая по июль 1986 г.
По словам Ивана Сергеевича, основу отряда составили коллектив и воздушные суда Мячковского объединенного авиаотряда. Причина, по которой именно этот отряд «бросили» на Чернобыль в том, что он долгие годы участвовал в изучении последствий ядерных испытаний, проводимых на советских ядерных полигонах на Новой Земле и в районе Семипалатинска. Полеты с целью радиационной разведки последствий и результатов взрывов атомного и водородного оружия велись экипажами, имеющими очень высокую профессиональную подготовку, совместно с сотрудниками Института прикладной геофизики. Отряд был оснащен летаюшими лабораториями, созданными на базе самолетов Ил-14 и Ан-30, а также вертолетов Ми-8. Экипажи ВС и обслуживающий персонал отряда имели опыт работы в экстремальных условиях, что и определило назначение заместителя командира Мячковского авиаотряда Ивана Макарова руководителем подразделения гражданской авиации в районе Чернобыльской катастрофы.
Стоит отметить, что все работы, связанные с испытанием ядерного и термоядерного оружия в СССР, были совершенно секретными. До 6 мая 1986 г. это касалось и всех работ, проводимых в районе Чернобыльской катастрофы, что отрицательнейшим образом сказалось как на самих «ликвидаторах», так и на населении окружающих районов.
Самолеты гражданской авиации базировались на киевском аэродроме «Жуляны», где до катастрофы находилось до десятка воздушных судов. Но через 5-6 дней после неё все места, где можно было «припарковать» самолеты и вертолеты, были заняты. Это были Ан-2, Ан-26, Ан-30, Ил-14, Як-40, Ми-2, Ми-8 и гиганты Ми-26. Как вспоминает Иван Сергеевич, помимо мячковцев в работах «по Чернобылю» приняли участие специалисты гражданской авиации Украины, Коми, Архангельской области, Урала и Центральных районов. С ) 1 мая начали обследовать район катастрофы самолеты-метеолаборатории ГосНИИ ГА - один Ил-18 (второй прилетел позднее) и два Ан-12. Командирами этих воздушных судов были летчики-испытатели 1-го класса В.П. Шахин, Н.П. Володькин и В.Н. Котович.
Помимо пилотов гражданской авиации, в работе по ликвидации аварии принимали участие и военные летчики, которыми руководил начальник штаба ВВС Киевского военного округа генерал-майор Николай Антошкин. За мужество и героизм при выполнении работ по ликвидации аварии он был удостоен звания Героя Советского Союза.
Хотя экипажи Мячковского объединенного авиаотряда и принимали участие в работах по исследованию последствий ядерных испытаний, дозиметры и спецодежду они получали уже в ходе ликвидации Чернобыльской катастрофы. А специальными свинцовыми экранами, которые укладывались на пол кабин воздушных судов, с ними поделились военные. В целом координация работ ВВС и ГА, по словам Ивана Сергеевича, была очень четко организована, прежде всего, на «местном уровне». Военные поделились с гражданскими авиаторами и так называемыми «радиоактивными карточками» накопительного типа, на которых указывалась суммарная доза радиации, полученной экипажами. Если говорить о дозиметрах, то сначала это были ДКП-5А, которые оказались непригодными из-за малого предела измерений. Полученные позднее ДП-5Б давали только текущее значение уровня радиации, хотя важно было знать «накопленную». В результате экипажи налетывали санитарную норму часов, а сколько они получили БЭР (биологический эквивалент рентгена), никто не знал. Результат — для многих ликвидаторов доза радиации была смертельной.
Задание, выданное экипажам воздушных судов Мячковского отряда, предусматривало выявление зоны радиационной зараженности на высотах ниже 300 метров и проведение постоянного мониторинга в этой зоне. Ее радиус составил примерно 250 км. Вертолеты Ми-8 в основном боролись с пожарами, особая опасность которых заключалась в том, что с пламенем в атмосферу попадало большое количество радиационной пыли. Приходилось и заниматься работами по предотвращению выпадения интенсивных осадков в наиболее опасной 30-километровой зоны вокруг взорвавшегося реактора. На внешней подвеске вертолеты носили также и емкости со специальным составом на основе латекса. Это использовалось для «прибивки» радиационной пыли к земле. Вывозились вертолетами и люди из наиболее опасных районов.
Та завеса секретности, которая окружала всю чернобыльскую катастрофу (скрывались истинные масштабы аварии), сказывалась и на подготовке авиационных работ по ее ликвидации. Поначалу такой подготовки вообще не было, включая отсутствие необходимых лекарств. У людей постоянно присутствовал психологический прессинг в борьбе с таким невидимым врагом, как радиация. Пилоты, работавшие в первые дни после аварии, быстро «схватили» критическую дозу облучения в 10 БЭР, в том числе из-за неподготовленности к подобным работам, и их быстро заменили. Уже потом, поняв, с чем столкнулись, руководство на помощь к авиаторам направило таких специалистов, как начальник медико-санитарного управления МГА Владимир Федорович Токарев, главный врач Украинского управления гражданской авиации Александр Андреевич Федорчук. Они приняли ряд решительных мер, позволивших смягчить последствия радиации, но и они не были всесильны.
За работу по ликвидации аварии в Чернобыле Иван Сергеевич Макаров был награжден орденом Ленина. Возглавляя сводный авиаотряд, он проработал в Чернобыле два месяца. Его заменил Владимир Сычев.
В заключение беседы Иван Сергеевич вспомнил и попросил выразить благодарность за мужество и отвагу, патриотизм и летное мастерство всем летчикам и другим авиационным специалистам, участвовавшим в ликвидации этой страшной катастрофы. Среди них командиры летного отряда из Мячково Владимир Сычев, Владимир Климов, Борис Полунин, Валерий Сергеенко, киевский авиатор Александр Куцюк и многие другие. Большинство из них, хотя и пенсионеры, хотели бы собраться на встречу в эту печальную годовщину.
Иван Сергеевич Макаров, как и многие ветераны Чернобыля, трудится в гражданской авиации до сих пор, возглавляет учебно-тренировочный отряд № 22, расположенный по соседству с аэропортом Быково. Он также принимает активное участие в деятельности «Клуба ветеранов высшего руководящего состава гражданской авиации» (Клуб «Опыт»).
Гражданские авиаторы в Чернобыле
Министерством гражданской авиации СССР в район аварии в Чернобыле сразу же были направлены самолеты Ан-30, Ил-14, вертолеты Ми-8, Ми-2, Ка-26 Мячковского и Киевского авиаотрядов. В последующем для борьбы с возникшими в районе катастрофы пожарами были привлечены экипажи вертолетов Ми-8 с десантниками на борту из Архангельского и Коми управлений гражданской авиации. 18 мая 1986 г. был организован сводный отряд гражданской авиации в аэропорту «Жуляны» под руководством И.С. Макарова. Непосредственную организацию работ гражданской авиации по авиационном обслуживанию при ликвидации последствий взрыва на Чернобыльской АЭС осуществлял начальник Украинского управления ГА A.M. Горяшко.
Условия работы были экстремальными. Они усложнялись большим количеством воздушных судов, находившихся в ограниченном, при этом радиационном воздушном пространстве, высокой интенсивностью полетов и выполнением неизвестных ранее авиаторам видов работ. Экипажи вертолетов Ми-8, Ми-2, Ка-26, самолетов Ан-2 выполняли полеты непосредственно в зоне высокой зараженности. Они проводили дезактивацию местности, ликвидировачи пожары, брали забор и пробы грунта и воды, перевозили специалистов-атомщиков. На различных высотах осуществлялись аэрофотосъемочные и аэровизуальные полеты по контролю за состоянием окружающей среды.
Экипажи самолетов Ан-12. Ан-30. Як-40, Ил-14 вели радиационную разведку по всей зараженной территории СССР, выполняли полеты в верхних слоях воздушного пространства по зондированию атмосферы.
Специалисты инженерно-авиационной службы отлично готовили авиатехнику и обслуживали полеты, проводили непривычные дезактивационные работы техники подручными средствами. В целом, летный и инженерно-технический состав, несмотря на риск, проявил высокий профессионализм, мужество и понимание своего долга перед Родиной, обеспечив выполнения заданий своевременно и с высоким качеством.
Многие авиаторы, участники ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, были удостоены высоких государственных наград.
По материалам музея МГТУ ГА
Андрей Барановский
Опубликовано в журнале "Авиасоюз" №2(35) апрель-май 2011г.
