Российский бизнес избежал больших потерь в начале 2015 года, Продажи восстанавливаются, предприятия собираются снижать цены, показывает опрос Института Гайдара.
«Наши ожидания в конце 2014 года о первом полугодии 2015 года были жестче, ожидали большего негатива», – заявил в начале этой недели первый вице-премьер Игорь Шувалов в интервью «России 24».
Предварительные данные самочувствия российской промышленности по итогам первого квартала 2015 года подтверждают оптимизм чиновника. Она удержалась от кризисного спада производства, несмотря на медленное восстановление спроса после январских каникул, отмечает заведующий лабораторией конъюнктурных опросов Института Гайдара Сергей Цухло.
Катастрофы не случилось
Основные итоги квартала: начавшееся замедление роста цен, снижение банковской ставки и улучшение в инвестиционных планах. Все это «выглядят явно позитивно на фоне кризисной риторики властей », говорится в обзоре Института Гайдара «Российская промышленность в марте 2015».
Продажи продолжили восстановление после традиционного для января провала. Правда, слабее, чем в прошлые годы. Очистка от сезонности показывает низкие темпы роста, но не кризисные, аналогичные темпы регистрировались опросами во второй половине 2012 года, отмечается в обзоре.
Рост цен производителей также продолжил замедляться. Пик за последние 4 года опросы регистрировали в январе, тогда баланс «рост – снижение» достигал +42 пунктов. Планы промышленности демонстрируют намерение предприятий и дальше снижать свои цены, отмечается в обзоре.
Инфляционное давление начало замедляться в феврале, сообщалось в февральском исследовании состояния промышленности, проведенном Markit для HSBC. Но в целом оно остается высоким – вызванное ослаблением рубля давление на затраты продолжает действовать, говорилось в обзоре.
Ожидания на нуле
Первые признаки стабилизации в экономике позволили чиновникам говорить о скором окончании кризиса. «По моему мнению, нынешняя рецессия не будет долгой, и в III-IV кварталах возможно возобновление экономического роста», – заявлял глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев, выступая с лекцией в Миланском университете в начале марта (цитата по ТАСС).
Нельзя сказать, что в марте состояние делового климата значительное ухудшилось по сравнению с февралем, но общий фон снижения предпринимательских настроений достаточно заметен, скептичен директор Центра конъюнктурных исследований ВШЭ Георгий Остапкович.
Бизнес сохраняет пессимистичные ожидания. Прогнозы продаж, по расчетам Института Гайдара, достигли +7 пунктов, хотя в прошлые годы достигали +20. Очищенные от сезонности данные показали падение показателя в I квартале до худших значений с середины 2009 года, вероятность дальнейшего снижения спроса сохраняется, говорится в докладе.
Худшие прогнозные ожидания респондентов относительно развития спросовой и производственной ситуаций на ближайшие 3–4 месяца, подтверждают эксперты ВШЭ в обзоре экономической ситуации на промпредприятиях в марте 2015 года. На это накладывается «ускорение темпов ухудшения финансовой составляющей промышленных предприятий».
Развилка кризиса
По оценкам Остапковича, ситуация в этом году будет развиваться по следующему сценарию. Наибольшее сжатие произойдет в отраслях инвестиционного спроса, в основе которых – машиностроение. Менее глубоко упадут лесная отрасль, «химия» и, возможно, металлургия, ориентированные на промежуточный спрос. Сохранят свои прошлогодние позиции нефтяники и электроэнергетики. Заметный рост объемов производства будет в пищевой промышленности.
Факторы роста:
1.Антикризисные меры правительства по выводу отрасли из депрессивного состояния – субсидирование крупных игроков по списку стратегических предприятий, реализация механизма проектного финансирования под ставку 11,5%.
2.Амнистия капиталов, заявленное сокращение административного регулирования и фиксация налогового бремени на ближайшие три года.
3.Стабилизация курса рубля и нефтяных цен, а также ожидаемое замедление инфляционной составляющей.
4.Отказ от секвестра бюджетных инвестиций в оборонный промышленный комплекс.
5.Процесс импортозамещения в пищевой промышленности и металлургии, в остальных отраслях – лишь фрагментарно.
6.Запуск механизмов, предусмотренных в законе о промышленной политике, «если только они не будут на начальном этапе сводиться к банальному увеличению фондирования отдельных предприятий».
Факторы падения:
1.Ценовой нефтяной шок и западные финансовые санкции.
2.Избыточное присутствие государства в экономике – рост запретительных и ограничительных законодательных инициатив, лимитирующих ведение бизнеса, «вплоть до становления СКР одним из основных регуляторов экономической деятельности, по крайней мере, в части налогообложения».
3.Понижение международными агентствами суверенного рейтинга России.
4.Резкое сокращение инвестиционной активности.
5.Снижение рентабельности в обрабатывающей промышленности на фоне роста процентных ставок за кредитные ресурсы.
6.Отток капитала за границу в поисках более выгодного применения.
7.Относительно низкая производительность труда в промышленности, отстающая по темпам роста от заработной платы.
8.Сохранение высокой зависимости предприятий, особенно высокотехнологичных, от импортного оборудования.
9.Сохранение инфляционного давления.
10.Утеря «драйва» стартапов в бизнесе 90-х годов – начала 2000-х – кризис более не является достаточно плодородной почвой для начала новых бизнесов.
Источник: Центр конъюнктурных исследований ИСИЭЗ НИУ ВШЭ, Александр Бикбов , РБК
