15 ноября исполнилось 100 лет со дня рождения выдающегося оружейника Игоря Яковлевича Стечкина, настоящего тульского умельца, с нестандартным подходом к конструированию. Его разработки были всегда оригинальными, их ни с чем не спутаешь.
Стечкин известен, прежде всего, как создатель легендарного автоматического пистолета. Его фамилия стала, по сути, нишевым брендом, крайне уважаемом среди бойцов спецподразделений. Пистолет, разработанный в конце 1940-х и снятый с производства через десять лет, до сих пор успешно применяется «спецами» без всякой модернизации. Немногие образцы оружия могут похвастать таким долголетием.
Стечкин успешно совмещал работу над массовыми проектами с созданием необычного оружия, проявляя смекалку знаменитого тульского Левши. Чего стоит только пистолет-портсигар, сделанный по заданию спецслужб в разгар холодной войны. Рассказываем о Стечкине, человеке и пистолете, и его удивительных изобретениях.
Игорь Яковлевич Стечкин (1922–2001) с детства отличался техническими способностями и тягой к ремеслу оружейника. В 14 лет будущему конструктору случайно попал в руки сломанный «Наган», который подросток успешно починил, причем без всякого опыта и навыков.
Пистолет собственной конструкции Стечкин задумал создать еще будучи студентом оружейно-пулеметного отделения Тульского механического института. Его дипломная работа называлась «Самозарядный пистолет калибра 7,65 мм», а научным руководителем был сам Николай Макаров, создавший самый знаменитый русский пистолет.
Видимо, тогда и зародилась у студента Стечкина мысль «усилить» кобурное оружие, сделать что-то среднее между просто пистолетом и пистолетом-пулеметом. Такого в СССР еще не производили. Не делали, но в свое время активно использовали. Достаточно вспомнить только знаменитый «товарищ Маузер» – немецкий Маузер С96 разработки 1895 года, оружие революционных матросов, комиссаров, путешественников. Словом тех, кому винтовку носить было несподручно, а оружие требовалось мощное. «Маузер» называли «пистолет-карабин», прикладом ему служила деревянная кобура.
С началом наступившего XX столетия наиболее передовым оружейникам стало ясно, что поле боя будет завоевывать автоматическое стрелковое оружие. И главная задача – сделать его ручным, индивидуальным. В Первую мировую уже использовались серийные ручные пулеметы и первые экспериментальные пистолеты-пулеметы. Тогда же австро-венгерские производители придумали оружие, которое стреляло очередями и помещалось в карман, модифицировав пистолет Steyr M1912 и снабдив его деревянной кобурой-прикладом.
В 1931 году и «Маузер» добавил опцию автоматического огня на свой уже ставший знаменитым пистолет-карабин. Только вот, экспансия пистолетов-пулеметов в 1930-40-х, можно сказать, похоронила идею и без того, не сказать, что очень популярную. Но забегая вперед, скажем, что Игорь Яковлевич не воскресил уходящую натуру, а скорее предвосхитил эпоху второго рождения такого оружия, которая пришлась на 1970-80-е.
В конце 1940-х в пользу необходимости «усиленного» пистолета выступал сам путь развития автоматического стрелкового оружия во время и после Второй мировой войны. Советский пистолет-пулемет Шпагина был слишком тяжелым и громоздким для экипажей, к примеру, боевых машин или для офицеров в качестве постоянно носимого личного оружия, а просто самозарядный пистолет – недостаточно мощным.
Распространение промежуточного патрона, создание современного стрелкового оружия под патрон 7,62×39 (на вооружение в итоге примут, как известно, автомат Михаила Калашникова и карабин Сергея Симонова) укрепили военных в мысли, что без мощного «короткоствола» не обойтись.
Разработкой такого оружия и занялся инженер Стечкин, распределенный после окончания вуза в тульское ЦКБ-14 (Ныне КБП Госкорпорации Ростех). Этот проект стал его первым и главным в жизни. В следующем, 1949 году, 26-летний молодой специалист уже представил первый опытный образец. Благо работа его по-настоящему увлекала, это было именно то, чем он хотел заниматься.
Вдохновлялся Игорь Яковлевич в первую очередь конструкцией своего учителя Макарова, как раз тогда работавшего над заданием по созданию нового компактного пистолета для командного состава Советской Армии. Сходство АПС и ПМ, и внешнее, и конструктивное, увидеть несложно, патроны они тоже используют одинаковые. Объединяет два пистолета и простота в обслуживании. Но есть и уникальные особенности, среди них – двухрядный магазин на 20 патронов, и конечно, возможность вести автоматический огонь. Емкость магазина и увеличенная длина ствола делала пистолет Стечкина более мощным и эффективным на поле боя.
С основоположником рода усиленных пистолетов – «Маузером» – разработку Стечкина объединяет кобура-приклад (вначале деревянная, а в последних моделях из прессованной пластмассы). Примкнутая к рукоятке, она превращает просто мощный пистолет в пистолет-пулемет и существенно увеличивает точность стрельбы.
В 1951 году после серии доработок новинку приняли на вооружение под названием 9-мм автоматический пистолет Стечкина (АПС). В том же году на Вятско-Полянском оружейном заводе «Молот», который сегодня входит в структуру Ростеха, началось его серийное производство. «Стечкин» попал в войска на пару с «Макаровым», и у двух новых пистолетов было четкое разделение обязанностей. АПС – пистолет непосредственно для боестолкновения, а ПМ – для старших, штабных офицеров и оружие «мирного времени».
Уже при испытаниях, а особенно в ходе дальнейшей эксплуатации, выяснилось, что благодаря длинному стволу и оптимальной внутренней баллистике, звук выстрела АПС тише, чем у ПМ.
Из других достоинств АПС – малая отдача и относительно небольшой подброс оружия при выстреле, что позволяет опытному стрелку вести скоростную стрельбу одиночными выстрелами с большой кучностью попаданий, и при этом контролировать расход патронов. Что касается точности, то пистолет Стечкина тоже выигрывает по сравнению с ПМ, и это несмотря на использование патрона с невысокими баллистическими качествами и малый угол наклона рукоятки. Оснащенность замедлителем темпа стрельбы дает «Стечкину» хорошую управляемость даже при стрельбе очередями (700-750 выстрелов в минуту).
Кучность и точность вкупе с «негромкостью» и солидным запасом прочности и сделали «Стечкин» особенно популярным среди «спецов» КГБ и ГРУ. Но в качестве стандартного оружия армии АПС не прижился. Буквально через семь лет после запуска в серию, в 1958 году, выпуск «Стечкина» был прекращен, и основная часть армейских пистолетов оказалась на складах.
Дело в том, что в процессе эксплуатации некоторые отличительные особенности АПС, делающие его как раз уникальным и неповторимым, превратились в недостатки. Из-за тяжелой кобуры-приклада, которая должна была сделать огонь из него точным, носить «Стечкина» с собой неудобно. Масса оружия без патронов и кобуры-приклада составляет 1,02 кг, кобура весит еще полкило. Кроме того, нужно еще носить в подсумках четыре снаряженных запасных магазина (напомним с 20 патронами в каждом).
Длина ствола, еще одно достоинство «Стечкина», тоже у многих вызывала недовольство. В результате общая длина пистолета составляла 225 мм, а с кобурой еще 540 мм. Для сравнения, длина ПМ равна 161,5 мм. Вдобавок ко всему этому, обращение со «Стечкиным» требует навыков и тренировки, рукоятка с малым углом наклона не позволяет вести огонь «инстинктивно», навскидку. Носить с собой такое оружие в мирное время – лишняя трата усилий. А автоматическая стрельба еще и страшно расточительное дело, патроны улетают мгновенно.
На случай же военных действий, для эффективного огня для офицеров на поле боя и экипажей боевых машин, нужно все равно оружие помощнее. Вместо развития мощных пистолетов, военные в итоге решили пойти по пути укорачивания автомата Калашникова и снабжения его складным прикладом.
В итоге «Стечкин» был отправлен в «отставку», но со службы не ушел. Когда находились достойные его задачи, он возвращался в строй. К примеру, во время войны в Афганистане, в боевых столкновениях на тесных улочках кишлаков «Стечкин» оказался как раз на своем месте. Поэтому в начале 1980-х его производство было даже временно возобновлено. Ну, а спецподразделения никогда и не прощались с разработкой Игоря Яковлевича, специально для них был создан и АПБ (автоматический пистолет бесшумный) – вариант АПС с глушителем.
В 1990-е годы в связи с ростом бандитизма и милиции потребовалось нечто посерьезнее ПМ. При уличных перестрелках «Стечкин» имеет важное преимущество перед автоматом, его пистолетные пули меньше рикошетят. Это актуально при различных спецоперациях, освобождении заложников, задержании преступников. АПС и сейчас находится на вооружении, в частности, в качестве личного оружия пилотов российской авиагруппировки в Сирии. Да и в различных спецподразделениях у этого уже легендарного пистолета остаются свои поклонники.
Сам же Игорь Яковлевич всю жизнь не терял интереса к созданию оружия не для всех. Помимо бесшумности его интересовала и «маскировка» оружия под обычный бытовой предмет. Самая необычная разработка Стечкина – пистолет-портсигар, сделанный по заданию спецслужб. От обычного портсигара внешне он отличался только курком.
С помощью уникального патрона СП-2, разработанным самим Стечкиным, пистолет-портсигар ТКБ-506 обеспечивал бесшумный и бездымный выстрел. И даже не один, а целых три. Прицельная дальность оружия – 10 метров, а с пяти метров «игрушечное» на вид оружие пробивало три сосновые доски.
Игорь Яковлевич придумал и более компактную модель «портсигара» – ТКБ-506А, опознать в которой пистолет можно было только по трем дулам. Оружие было трехствольным, что давало стрелку возможность быстро сделать три выстрела – перезарядка столь миниатюрной и необычной модели требовала определенного труда и времени.
К концу жизни, конструктор Стечкин, автор 60 разработок и более 50 изобретений, принимавший участие в создании противотанковых управляемых ракет «Фагот» и «Конкурс», вернулся к пистолетам, и вновь, к необычному в наше время стрелковому оружию – револьверам. Последнее его изобретение – «Специальный револьвер Стечкина» – ученики дорабатывали уже без него. Стечкин работал даже, когда уже не мог подняться с постели, и успел сделать почти всю основную конструкторскую работу. Чертежи ему приносили домой его студенты. Вот такая преданность любимому делу и определенный символизм – все началось тоже с револьвера, случайно попавшего 14-летнему мальчику…
