Дoля экcпoрта из Рoccии иннoвациoнных технoлoгий в 2008 г. cocтавляла 0,35% oт мирoвoгo экcпoрта. Главная задача, пocтавленная Президентoм РФ перед Правительcтвoм, – к 2020 г. увеличить экcпoрт передoвых технoлoгий из Роccии до 2%. Казалоcь бы, цифра небольшая, но еcли учеcть, что изношенноcть оcновных фондов промышленноcти cегодня приближаетcя к 70%, то задача cтоит перед правительством Владимира Путина архисложная. По расчетам Государственной думы, для того, чтобы заменить устаревшие технологии в России, необходимо ежегодно тратить 70 млрд долл., и еще 60 млрд долл. на инновационное развитие. Деньги колоссальные, но, как считает руководитель Межведомственной рабочей группы по инновационному законодательству при Президенте России Екатерина Попова, «вполне реальные, если решения правительства по выделению средств на модернизацию будут сквозные. Но для этого необходимо создать нерушимый союз ученых, промышленников и чиновников. Главным направлением остается машиностроение. Только с помощью модернизации машиностроения, стране по силам выполнить поставленную задачу по увеличению ВВП к 2020 году в 2–2,5 раза».
Впрочем, по словам президента РЖД Владимира Якунина, «без активного участия гражданского общества ни о какой модернизации не может идти и речи. Лозунг начала 90-х: «Рынок все решит!» в области инновации не решит ничего. Только экспертное гражданское мнение может и должно влиять на политику правительства. Поэтому начинать инновационную революцию в России необходимо с создания инновационно-развитого общества, если хотите инновационного человека».
Трудно с Якуниным не согласиться, можно сколько угодно поддерживать инновационные центры, вкладывать в их развитие колоссальные силы и деньги, но, пока не изменится российский инженер, просто потребитель, движения вперед не будет. Именно поэтому, по мнению Якунина, стране необходима инновационная революция, которая должна начаться с повышения уровня профессионалов. В России сегодня просто некого учить, да и некому. Стоит напомнить, что в 70-е гг. прошлого столетия в мире были две державы, обладающие технологиями скоростного железнодорожного движения, – Россия и Япония, сегодня ни одна, ни другая страна не являются лидерами, но если Япония еще поддерживает реноме, оставаясь в тройке лидеров, то Россия выпала из этой обоймы. И сейчас восстанавливает эти технологии почти с нуля. Как заявил Якунин: «Сегодня нам приходится прикладывать колоссальные усилия для внедрения скоростного движения. И для этого нам необходимо не просто переучить весь персонал, нам необходимо организовать непрерывную переподготовку инженеров РЖД, задача, которая стоит перед нашим предприятием, формирование инновационного человека».
Это не просто слова президента РЖД, а слова, подкрепленные делом. В 2010 г. РЖД тратили на финансирование профильных научных центров 0,46% от доходов, в этом году финансирование будет увеличено до 1%, а финансирование НИОКР в 2011 г. вырастет сразу на 21%. И это, по словам Якунина, не дань моде, а суровая необходимость, прибавка большая, но реалиям времени она должна быть еще больше.
И причина тому – уменьшение издержек и сокращение затрат. Неуклонный рост энергетических тарифов заставил железнодорожников серьезно взяться за энергоэффективность и энергосбережение. И уже есть первые результаты, в конце прошлого года в России начались испытания первого газотурбовоза ГТ-1. Как уверяет Якунин, это самый мощный газотурбинный локомотив работающий на сжиженном газе. А по выбросам в атмосферу новый локомотив в пять раз экологичнее своих предшественников. Серьезным энергоэффективным изменениям в скором времени подвергнутся и все железнодорожные вокзалы. Как уточнил Якунин, в ближайшее время в Анапе откроется умный вокзал, по примеру и подобию которого в будущем будут переоборудованы все крупнейшие вокзалы России.
Но все эти перемены возможны лишь после серьезных изменений федерального законодательства. Как заявил председатель комитета Государственной думы по экономической политике и предпринимательству Евгений Федоров, президент поставил перед Думой задачу изменить 113 федеральных законов, для того чтобы экономика смогла начать инновационно работать. «У нас в настоящий момент чуть ли не в единственной стране в мире нельзя идею считать собственностью. Парадокс! Для того, чтобы наш рынок насытить, идеями нужна инновационная наука, которая сегодня трудится исключительно на заграницу. Недавно эксперты Государственной Думы подсчитали, что российские ученые ежегодно производят научного товара на 15 трлн руб. (для сравнения – годовой бюджет страны 10 трлн руб.). И где этот товар? Где деньги за этот товар? Все правильно, вся российская наука сегодня работает на запад». Увы, но пока нынешнее законодательство не только не позволяет науке работать на благо России, наше законодательство, по словам новоиспеченного президента торгово-промышленной палаты России Сергея Катырина, делает все возможное, чтобы наука не приближалась к бизнесу. «У нас есть законы, которые не дают развиваться инновациям. Например, пресловутый Федеральный закон №94, закон о госзакупках. Вроде хорошее дело придумали покупать на открытых торгах. А посмотрите, что получается. Кто проконтролирует сам госзаказ? Ни для кого не секрет, что все заказы сегодня оформляются под определенную фирму, которая и должна выиграть этот конкурс. А вот другой нонсенс. Руководители учебных заведений сегодня поголовно находятся под уголовной статьей. С одной стороны, для развития инновационных проектов им необходимо привлекать инвестиции, создавая малые предприятия, с другой стороны, создание на базе университета малого предприятия может трактоваться как злоупотребление или, того хуже, воровство. И как быть ректору? Как ему развивать науку и инновации?».
Возможно, выходом из законотворческого тупика станет пример инновационного центра «Сколково», как заявил директор по правовым вопросам «Сколково» Игорь Дроздов, сегодня в центре для резидентов созданы уникальные экономические условия. К принятым для свободно-экономических зон льготам по налогу на имущество и налогу на прибыль прибавится уникальная возможность не вести бухгалтерский учет компаниям, чей оборот не будет превышать 1 млрд руб., достаточно будет просто вести книгу приходов-доходов. По мнению Дроздова, это позволит разгрузить ученых от бухгалтерской рутины, и направить все силы на науку.
Но наукой, по словам начальника аналитического отдела Государственной думы Александра Белоусова, заниматься сегодня уже почти некому. «К примеру, ситуация в авиастроительном комплексе в настоящий момент такова, что можно смело говорить о полной потери отрасли. И причины тому две: стагнация отраслевой науки и деградация специалистов. И это некогда элита российской промышленности, что уж говорить о других отраслях. Приведу еще один пример, наши эксперты пришли к выводу, что инженеры наших авиастроительных КБ сегодня не только не способны что-то прорывное предложить для российской авиации, но даже не способны подтвердить разработки ученых этих же КБ 70–80-х годов».
Деградация специалистов авиационной отрасли, по словам Белоусова, повсеместная. Российские ВУЗы за последние 20 лет сократили выпуск специалистов самолетостроения и двигателестроения в пять раз, да и оставшееся большинство выпускников не идет в отрасль, предпочитая коммерцию.
«Конечно, можно сетовать, что молодых специалистов мало, но не это главное, главное здесь не количество, в авиационной отрасли главное качество. А для того чтобы сегодня подготовить качественного специалиста нужно принимать инновационные образовательные стандарты. Нужна специализация ВУЗов, т.е. кооперация авиационных ВУЗов, нужно объединять ВУЗы, создавая узкоспециализированные ВУЗы при КБ», – заявил Александр Белоусов.
А кто учить будет будущих инновационных инженеров? По словам Евгения Федорова, сегодня более 700 тыс. российских ученых работают за границей, вернуть их на Родину – вот главная задача законотворцев, а вернуть их можно, только создавая качественные условия для работы и снижая бюрократические барьеры. И то, и другое в работе, т.к. за инженерные кадры взялся лично президент, и ,как заявил недавно Дмитрий Медведев, это и есть главная национальная идея, которую мы искали последние 20 лет.
Юрий Коваленко
