Предприятия Леcoпрoмышленнoгo кoмплекcа (ЛПК) кризиc кредитoвания наcтиг тoгда, кoгда цены на целлюлoзу и пилoматериалы нахoдилиcь в нижней тoчке, а cпрoc на прoдукцию на мирoвoм рынке упал. В этoй cвязи, каким oбразoм предприятия ЛПК решают внутренние прoблемы? Что нужно cделать для того, чтобы организация перерабатывающих производcтв ЛПК cтало выгоднее именно в Роccии, а не за рубежом?
Малая толика
В Тюменcкой облаcти за год объем деревообрабатывающего производcтва выроc в 3,5 раза, общий объем промышленной продукции предприятий леcного комплекcа, в который входят 397 чаcтных и государственных компаний, составил 3,2 млрд рублей. За 2008 года тюменцы сумели освоить около 8 процентов от расчетной лесосеки. По данным экспертов, на юге области можно вырубить без ущерба для тайги 11,7 миллиона кубических метров древесины. В эту цифру обычно включаются спелые и перестойные деревья, избавление от которых идет только на пользу лесу. Однако в области почти не пользуются имеющимся богатством. На фоне 2,3 процента за предыдущий год сегодняшние восемь выглядят почти достижением, хотя в целом это все еще ничтожная цифра. Что мешает сибирякам извлечь пользу из «зеленого» ресурса?
«В расчетной лесосеке на хвойные породы у нас приходится только два миллиона кубических метров. Все остальное составляют лиственные
леса, – считает директор департамента лесного комплекса Тюменской области Андрей Мединцев. – Если говорить о востребованности этих ресурсов на рынке, то складывается прямо противоположная пропорция. Весь спрос сконцентрирован в сегменте хвои. Лиственные деревья подходят только для изготовления фанеры. В этом смысле для нас еще стало очень большой удачей сохранение фанерного комбината».
Свою негативную роль сыграло и то обстоятельство, что большая часть территории области заболочена. В результате около семидесяти процентов расчетной лесосеки считается экономически недоступной, т.к. вывоз бревен обходится слишком дорого. Чтобы хоть как-то решить эту проблему, областная власть компенсирует предприятиям семьдесят процентов затрат на строительство лесовозных дорог. Это хорошая «приманка» для бизнесменов. Во многом благодаря ей, в регионе заработали четыре инвестиционных проекта, в рамках которых будет построено 160 километров лесовозных дорог.
С миру по сосенке
Любое пользование лесами отныне возможно на основании договоров аренды. По словам Андрея Мединцева, к сегодняшнему дню арендаторам передано около трех миллионов гектаров, что составляет примерно четвертую часть всех лесных участков, имеющихся на юге области. Причем, с его точки зрения, сначала нужно вести речь о формировании у арендаторов особой культуры отношения к доверенному им лесу, а уж потом ждать неких результатов: «Арендатор должен ощущать себя не временщиком, а хозяином. Но для этого он должен иметь экономические рычаги. А сегодня предпринимателя дополнительно наделили только двойной финансовой нагрузкой – надо вносить арендную плату за участок и заниматься лесовосстановительными работами на нем».
Проще говоря, взамен вырубленных деревьев арендатор обязан вырастить молодые саженцы. Идея, безусловно, цивилизованная, но в реальности она больно ударила по экономике отрасли. Мало того, что сама посадка молодых деревьев влетает в копеечку, так еще и добавился дефицит саженцев.
«В минувшем году мы смогли заполнить новыми саженцами 60 гектаров. Но каких усилий нам это стоило! Собирали сосенки по всем соседним регионам. Закупали их не только в Тюменской, но и в Челябинской, Свердловской, Курганской, Омской областях», – рассказывает руководитель одного из лесозаготовительных предприятий региона Сергей Рожков.
Сегодня на юге области действует 25 питомников, которые выращивают молодые деревца на территории в тридцать гектаров. В 2009 году руководство питомников планирует увеличить посевную площадь. Чтобы уменьшить финансовое бремя, лежащее на плечах арендаторов, местные законодатели обратились к федеральным властям с просьбой уменьшить арендную плату на сумму, которую конкретный лесопользователь тратит на лесовосстановительные работы.
По пути децентрализации
Главная новация Лесного кодекса – децентрализация лесного хозяйства. То есть основной массив управленческих функций по российскому лесу передается из федерального центра регионам. Однако, по утверждению министра природных ресурсов РФ Юрия Трутнева, регионы в большинстве своем оказались не готовы к этому.
По данным Минприроды, в Ленинградской области и Республике Коми лесные участки передаются в аренду по минимальным ставкам. В 14
регионах (в том числе в Республике Карелия, Архангельской, Калужской, Калининградской областях) участки в пользование вообще не предоставлялись даже после вступления Лесного кодекса в силу. Объемы продаж леса на корню по Тверской, Ивановской, Новгородской областям, Марий Эл и Удмуртии в целом упали на 21%. Выявление фактов незаконной порубки в Амурской области снизилось на 100 %, в Курганской – на 93%, в Калужской и Псковской областях – на 90%.
В общем, Минприроды признает работу по внедрению Лесного кодекса «не достаточно организованной» ни много, ни мало в 50 субъектах федерации. Для улучшения ситуации министерство собирается проводить постоянный мониторинг отрасли. По словам Юрия Трутнева, задействованный арсенал методов позволит оценивать эффективность деятельности субъектов РФ в лесном секторе, а также «способен заставить профильных руководителей в регионах добросовестно относится к своим задачам». Крайней мерой воздействия может стать даже изъятие у субъектов их «лесных» полномочий.
Прививать рачительность
Большие надежды возлагаются на политику пошлин и привлечения инвесторов. В середине прошлого года на необработанный лес была введена 20-процентная вывозная таможенная пошлина. Здесь есть свои нюансы. Например, нулевые пошлины на лес «с продольным спилом», то есть с минимальной обработкой. Минприроды РФ считает, что уровень таможенных пошлин на лесную продукцию должен быть обратно пропорционален степени переработки, то есть пошлины на лес низкой переработки должны стать заградительными.
Идея повышения пошлин состоит в том, чтобы сделать выгодным для иностранных компаний не вывоз леса, а организацию перерабатывающих производств на российской территории. Уже анонсировано более 10 проектов иностранных компаний по созданию у нас таких предприятий. Например, это планы германской Pfleiderer по сооружению в Новгородской области завода древесно-волокнистых плит мощностью 400 тыс. кубометров в год или австрийской Kronospan по строительству производства ДСП в Пермском крае. На территории Гатчинского района Ленинградской области будет построен лесопромышленный комплекс, инициатором проекта которого является норвежский холдинг Осло Марин. Здесь намерены выпускать более 20 видов продукции глубокой переработки пиловочного сырья различных видов, форм и размеров.
Фактор времени
МПР признает существование риска, что, когда заградительными пошлинами закроют границы, инвесторы еще не успеют прийти в переработку на территории России. «Такой риск существует, и на него надо идти. Иначе и перерабатывающих мощностей никогда не будет. Все равно будет инерция запаздывания. Мы должны набрать определенный объем инвестиций, чтобы участники рынка поверили, что можно вкладываться в переработку, и преодолеть критическую массу», — отмечает Юрий Трутнев.
В ноябре прошлого года премьер-министр РФ Владимир Путин заявил, что российское правительство на 9-12 месяцев переносит новое повышение экспортных таможенных пошлин на лес, объясняя такое решение мировым кризисом. Ранее Россия планировала с 1 января 2009 года повысить таможенные тарифы на экспорт круглого леса с 15 до 50 евро за кубометр.
Отсрочка позволит приграничным российским регионам избежать резкого ухудшения ситуации в лесопромышленном комплексе, считает
глава Карелии Сергей Катанандов. «Решение на период кризиса отодвинуть новые пошлины — правильное. Это спасет ситуацию на приграничных территориях. Улучшиться экономическая обстановка, и пошлины можно будет ввести даже раньше оговоренных сроков», — сказал губернатор. Как отметил глава Карелии, сейчас в республике наблюдается спад в деревообрабатывающей и целлюлозно-бумажной промышленности, и на фоне снижения объемов производства в лесопереработке было бы «слишком оптимистично» говорить о необходимости дополнительных поставок сырья на внутренний рынок.
А вот глава Рослесхоза Валерий Рощупкин считает, что опасности затоваривания в связи с нехваткой перерабатывающих предприятий в стране нет, поскольку Россия в год дает 186 млн кубометров, а на экспорт идет 49-51 млн кубометров леса. «Российский рынок готов забрать всю древесину», — уверен глава Рослесхоза.
Дать то, что положено
«Единственный шаг, который можно сделать для улучшения финансового самочувствия экспортно-ориентированных лесопромышленных компаний, — ускорить возврат НДС», — считает председатель Совета директоров ОАО «Соломбальский целлюлозно-бумажный комбинат» Александр Пластинин. Чем он мотивирует свою точку зрения?
Предприятия ЛПК кризис кредитования настиг тогда, когда цены на целлюлозу и пиломатериалы без того находились в нижней точке, а спрос на продукцию на мировом рынке упал.
Свои внутренние проблемы ЛПК в состоянии решить самостоятельно, уверен Пластинин. Но, поскольку проблема возникла не внутри отрасли, а пришла извне, решать ее будет гораздо сложнее. В качестве меры, способной улучшить ситуацию, предлагается ускорить возврат НДС лесоэкспортерам. Согласно налоговому кодексу, решение о таком возврате принимается налоговой службой «в срок до трех месяцев». Однако на практике эта процедура длится ровно три месяца, и никак не меньше.
Вместе с тем, суммы по НДС настолько велики, что их ускоренный возврат вполне позволил бы предприятиям ЛПК отказаться от части кредитов. «Пока что взаимопонимания у налоговиков и лесоэкспортеров в этом вопросе нет, — констатирует Пластинин. — Вот здесь нужна воля, понимание и желание государства помочь лесной промышленности».
Малая толика
В Тюменcкой облаcти за год объем деревообрабатывающего производcтва выроc в 3,5 раза, общий объем промышленной продукции предприятий леcного комплекcа, в который входят 397 чаcтных и государственных компаний, составил 3,2 млрд рублей. За 2008 года тюменцы сумели освоить около 8 процентов от расчетной лесосеки. По данным экспертов, на юге области можно вырубить без ущерба для тайги 11,7 миллиона кубических метров древесины. В эту цифру обычно включаются спелые и перестойные деревья, избавление от которых идет только на пользу лесу. Однако в области почти не пользуются имеющимся богатством. На фоне 2,3 процента за предыдущий год сегодняшние восемь выглядят почти достижением, хотя в целом это все еще ничтожная цифра. Что мешает сибирякам извлечь пользу из «зеленого» ресурса?
«В расчетной лесосеке на хвойные породы у нас приходится только два миллиона кубических метров. Все остальное составляют лиственные
леса, – считает директор департамента лесного комплекса Тюменской области Андрей Мединцев. – Если говорить о востребованности этих ресурсов на рынке, то складывается прямо противоположная пропорция. Весь спрос сконцентрирован в сегменте хвои. Лиственные деревья подходят только для изготовления фанеры. В этом смысле для нас еще стало очень большой удачей сохранение фанерного комбината».
Свою негативную роль сыграло и то обстоятельство, что большая часть территории области заболочена. В результате около семидесяти процентов расчетной лесосеки считается экономически недоступной, т.к. вывоз бревен обходится слишком дорого. Чтобы хоть как-то решить эту проблему, областная власть компенсирует предприятиям семьдесят процентов затрат на строительство лесовозных дорог. Это хорошая «приманка» для бизнесменов. Во многом благодаря ей, в регионе заработали четыре инвестиционных проекта, в рамках которых будет построено 160 километров лесовозных дорог.
С миру по сосенке
Любое пользование лесами отныне возможно на основании договоров аренды. По словам Андрея Мединцева, к сегодняшнему дню арендаторам передано около трех миллионов гектаров, что составляет примерно четвертую часть всех лесных участков, имеющихся на юге области. Причем, с его точки зрения, сначала нужно вести речь о формировании у арендаторов особой культуры отношения к доверенному им лесу, а уж потом ждать неких результатов: «Арендатор должен ощущать себя не временщиком, а хозяином. Но для этого он должен иметь экономические рычаги. А сегодня предпринимателя дополнительно наделили только двойной финансовой нагрузкой – надо вносить арендную плату за участок и заниматься лесовосстановительными работами на нем».
Проще говоря, взамен вырубленных деревьев арендатор обязан вырастить молодые саженцы. Идея, безусловно, цивилизованная, но в реальности она больно ударила по экономике отрасли. Мало того, что сама посадка молодых деревьев влетает в копеечку, так еще и добавился дефицит саженцев.
«В минувшем году мы смогли заполнить новыми саженцами 60 гектаров. Но каких усилий нам это стоило! Собирали сосенки по всем соседним регионам. Закупали их не только в Тюменской, но и в Челябинской, Свердловской, Курганской, Омской областях», – рассказывает руководитель одного из лесозаготовительных предприятий региона Сергей Рожков.
Сегодня на юге области действует 25 питомников, которые выращивают молодые деревца на территории в тридцать гектаров. В 2009 году руководство питомников планирует увеличить посевную площадь. Чтобы уменьшить финансовое бремя, лежащее на плечах арендаторов, местные законодатели обратились к федеральным властям с просьбой уменьшить арендную плату на сумму, которую конкретный лесопользователь тратит на лесовосстановительные работы.
По пути децентрализации
Главная новация Лесного кодекса – децентрализация лесного хозяйства. То есть основной массив управленческих функций по российскому лесу передается из федерального центра регионам. Однако, по утверждению министра природных ресурсов РФ Юрия Трутнева, регионы в большинстве своем оказались не готовы к этому.
По данным Минприроды, в Ленинградской области и Республике Коми лесные участки передаются в аренду по минимальным ставкам. В 14
регионах (в том числе в Республике Карелия, Архангельской, Калужской, Калининградской областях) участки в пользование вообще не предоставлялись даже после вступления Лесного кодекса в силу. Объемы продаж леса на корню по Тверской, Ивановской, Новгородской областям, Марий Эл и Удмуртии в целом упали на 21%. Выявление фактов незаконной порубки в Амурской области снизилось на 100 %, в Курганской – на 93%, в Калужской и Псковской областях – на 90%.
В общем, Минприроды признает работу по внедрению Лесного кодекса «не достаточно организованной» ни много, ни мало в 50 субъектах федерации. Для улучшения ситуации министерство собирается проводить постоянный мониторинг отрасли. По словам Юрия Трутнева, задействованный арсенал методов позволит оценивать эффективность деятельности субъектов РФ в лесном секторе, а также «способен заставить профильных руководителей в регионах добросовестно относится к своим задачам». Крайней мерой воздействия может стать даже изъятие у субъектов их «лесных» полномочий.
Прививать рачительность
Большие надежды возлагаются на политику пошлин и привлечения инвесторов. В середине прошлого года на необработанный лес была введена 20-процентная вывозная таможенная пошлина. Здесь есть свои нюансы. Например, нулевые пошлины на лес «с продольным спилом», то есть с минимальной обработкой. Минприроды РФ считает, что уровень таможенных пошлин на лесную продукцию должен быть обратно пропорционален степени переработки, то есть пошлины на лес низкой переработки должны стать заградительными.
Идея повышения пошлин состоит в том, чтобы сделать выгодным для иностранных компаний не вывоз леса, а организацию перерабатывающих производств на российской территории. Уже анонсировано более 10 проектов иностранных компаний по созданию у нас таких предприятий. Например, это планы германской Pfleiderer по сооружению в Новгородской области завода древесно-волокнистых плит мощностью 400 тыс. кубометров в год или австрийской Kronospan по строительству производства ДСП в Пермском крае. На территории Гатчинского района Ленинградской области будет построен лесопромышленный комплекс, инициатором проекта которого является норвежский холдинг Осло Марин. Здесь намерены выпускать более 20 видов продукции глубокой переработки пиловочного сырья различных видов, форм и размеров.
Фактор времени
МПР признает существование риска, что, когда заградительными пошлинами закроют границы, инвесторы еще не успеют прийти в переработку на территории России. «Такой риск существует, и на него надо идти. Иначе и перерабатывающих мощностей никогда не будет. Все равно будет инерция запаздывания. Мы должны набрать определенный объем инвестиций, чтобы участники рынка поверили, что можно вкладываться в переработку, и преодолеть критическую массу», — отмечает Юрий Трутнев.
В ноябре прошлого года премьер-министр РФ Владимир Путин заявил, что российское правительство на 9-12 месяцев переносит новое повышение экспортных таможенных пошлин на лес, объясняя такое решение мировым кризисом. Ранее Россия планировала с 1 января 2009 года повысить таможенные тарифы на экспорт круглого леса с 15 до 50 евро за кубометр.
Отсрочка позволит приграничным российским регионам избежать резкого ухудшения ситуации в лесопромышленном комплексе, считает
глава Карелии Сергей Катанандов. «Решение на период кризиса отодвинуть новые пошлины — правильное. Это спасет ситуацию на приграничных территориях. Улучшиться экономическая обстановка, и пошлины можно будет ввести даже раньше оговоренных сроков», — сказал губернатор. Как отметил глава Карелии, сейчас в республике наблюдается спад в деревообрабатывающей и целлюлозно-бумажной промышленности, и на фоне снижения объемов производства в лесопереработке было бы «слишком оптимистично» говорить о необходимости дополнительных поставок сырья на внутренний рынок.
А вот глава Рослесхоза Валерий Рощупкин считает, что опасности затоваривания в связи с нехваткой перерабатывающих предприятий в стране нет, поскольку Россия в год дает 186 млн кубометров, а на экспорт идет 49-51 млн кубометров леса. «Российский рынок готов забрать всю древесину», — уверен глава Рослесхоза.
Дать то, что положено
«Единственный шаг, который можно сделать для улучшения финансового самочувствия экспортно-ориентированных лесопромышленных компаний, — ускорить возврат НДС», — считает председатель Совета директоров ОАО «Соломбальский целлюлозно-бумажный комбинат» Александр Пластинин. Чем он мотивирует свою точку зрения?
Предприятия ЛПК кризис кредитования настиг тогда, когда цены на целлюлозу и пиломатериалы без того находились в нижней точке, а спрос на продукцию на мировом рынке упал.
Свои внутренние проблемы ЛПК в состоянии решить самостоятельно, уверен Пластинин. Но, поскольку проблема возникла не внутри отрасли, а пришла извне, решать ее будет гораздо сложнее. В качестве меры, способной улучшить ситуацию, предлагается ускорить возврат НДС лесоэкспортерам. Согласно налоговому кодексу, решение о таком возврате принимается налоговой службой «в срок до трех месяцев». Однако на практике эта процедура длится ровно три месяца, и никак не меньше.
Вместе с тем, суммы по НДС настолько велики, что их ускоренный возврат вполне позволил бы предприятиям ЛПК отказаться от части кредитов. «Пока что взаимопонимания у налоговиков и лесоэкспортеров в этом вопросе нет, — констатирует Пластинин. — Вот здесь нужна воля, понимание и желание государства помочь лесной промышленности».
Владимир БАРАНОВ
