Пocкoльку именнo так гoрняки называют этажи cвoих рудничных вырабoтoк, речь здеcь и в cамoм деле пoйдет o гoризoнтах, хoтя и пoдземных. Об oпережающем развитии cырьевoй базы и o тoм, coблюдаетcя ли cейчаc этoт оcновополагающий для любого металлургичеcкого предприятия принцип, мы беcедуем c замеcтителем директора Заполярного филиала «Норникеля» по минерально-cырьевому комплекcу Владимиром КАРЕЛИНЫМ.
Виктор МАСКИН
– Владимир Николаевич, как бы вы охарактеризовали cегодняшний период развития cырьевого cегмента в Норильcке?
– Обычный период. Особенность же его заключается в весьма энергичных темпах создания в отрасли новых предприятий. Не реконструкция ныне действующих – это само собой разумеется, а возведение новых объектов. Замечу, что основные инвестиции компания осуществляет в горную отрасль: за минувший год мы освоили 8,5 млрд руб., на 2010-й объем капиталовложений составит 12,5 млрд руб. Без преувеличений могу сказать, что будут у «горы» дела идти в гору.
– Если конкретизировать, то отпущенные миллиарды, что это – новые машины, технологии, разведка месторождений?
– Нет, это целевое финансирование строительства горных предприятий. Проходка новых стволов, сооружение новых горизонтов, транспортных выработок, водоотливов... Жизнь рудника – не прекращающееся ни на минуту движение! Стройка – естественное состояние горного предприятия; ее темпы – это в конечном счете темпы добычи. Связка железная. За исключением молодых рудников «Скалистый» и «Таймырский», сейчас все перспективные проекты рудоуправления «Талнахское» связаны с восполнением выбывающих мощностей богатых руд за счет наращивания добычи медистых и вкрапленных. Рудник «Октябрьский» в ближайшем будущем ориентируют на добычу медистых руд, а «Маяк» продолжит работать на месторождениях вкрапленных. Таким образом, минерально-сырьевой комплекс Заполярного филиала (ЗФ) за счет своевременного выбора наиболее эффективных и рациональных решений обеспечивает стабильность работы всех его основных переделов.
– Большая стройка – это не только большая руда в перспективе, но и потребность в нерудном сырье, строительных материалах, известняке, ангидрите. Достаточен ли здесь запас прочности?
– На ближайшие 10 лет в этом направлении у нас проблем нет и не будет. Существующих запасов месторождения известняков достаточно для бесперебойного снабжения металлургического производства и обеспечения цементом потребностей всей стройиндустрии территории.
– А что с ангидритом?
– Рудник расширяется. В 2011 г. здесь намечено ввести новый пусковой комплекс – и тему «закроем». Вообще на этот вопрос следовало бы отвечать в инновационном аспекте. И металлурги, и горняки разрабатывают и не без успеха внедряют технологии, позволяющие если не отказаться совсем, то заметно сократить расход известняков, в частности цемента, на закладочных работах. Это нормальное управленческое решение, направленное на снижение себестоимости конечного продукта – металла... Не думаю, что в будущем нам потребуется больше известняков, чем добывается сегодня, а вот меньше... Мы будем искать и найдем такие решения.
– Поделитесь, какие именно?
– Да, они уже существуют. «Уйдем» на камерную отработку в забое – отпадет необходимость в высокомарочных бетонах и сократится расход цемента на куб закладки. Больше будем вовлекать в закладочных работах техногенное сырье – породные хвосты. Проект сооружения Таймырского рудничного закладочного хозяйства с закладкой выработок хвостами воплощается на «Комсомольском». Отпадет необходимость в ангидрите. Ищем, ищем новые эффективные технологии и, как видите, находим.
Во всем комплексе подземных работ экономическая составляющая закладки – самая весомая, поэтому сами можете судить, каков ожидаемый эффект. Постоянное совершенствование комплекса буровзрывных работ тоже приносит нам прибавку в копилку экономии. Уже упомянутый камерный способ отработки... там ведь тоже и объемы бурения меньше, и расход взрывчатых материалов.
– А можно ли проследить динамику внедрения прогрессивных способов на горном переделе?
– Видите ли, специфика горного дела такова, что технологические новации могут быть применены лишь при обязательном учете конкретных горно-геологических условий. Нет универсальных рецептов, есть гибкость технологий и оперативность решений.
Если рассматривать труд на руднике по шкале приоритетов, то на первом месте стоит безопасность работ, на втором – полнота выемки руды (по сути, качество), на третьем – себестоимость добычи, о чем уже сказано. Не может быть прогресса, построенного на сомнительной организации работ и травматизме. Поэтому у внедренческого процесса в Заполярном филиале – четкая системность: от идеи и проекта через опытно-промышленные испытания к новым технологическим регламентам.
К характеристике сегодняшнего дня минерально-сырьевого комплекса ЗФ следует отнести тщательный и всесторонний анализ последних 15 лет работы отрасли, в котором участвуют производственные службы и аналитики. На основе анализа важно выстроить четкую и взвешенную программу перспективы на пять ближайших лет. Такая, знаете, «битва в пути», без снижения темпов и раскачек. К примеру, уже в следующем году на руднике «Ангидрит» станут использовать проходческий комбайн, заработают 45-тонные самосвалы и 15-тонные погрузчики – это же большой шаг вперед!
– А геологи готовы поддержать столь впечатляющую перспективу?
– Помимо известного уже Масловского месторождения, которое мы пока оставим в покое, в 2009 г. в районе Талнахского рудничного узла вели разведочные буровые работы на флангах. Из более чем 15 пробуренных скважин в 10 подняли керн с богатой, до 10 м мощности пласта, рудой. После завершения этой работы следует ожидать прироста запасов еще на 16 млн т.
– Кто будет осваивать программу строительства?
– За это возьмется ООО «Заполярная строительная компания». Что называется, проверенные в реальном деле специалисты. Они уже «взяли» наши объемы; прирост по производительности составит почти 25%! Для подземного строительства, да и по надземным объектам, это очень солидная цифра, но у меня нет сомнений в успешности результатов этой программы в наступившем году.
– Стало быть, и нынешний год у норильских горняков пройдет под знаком большой стройки. Не скажется это на объемах добычи?
– Только в сторону увеличения – плюсом на 104,2%, или на 666 тыс. кубов отбоя. Если учесть, что горняки Заполярного филиала компании в 2009 г. добыли 16 млн т руды, то новая перспектива не может не впечатлять. Верно?
– Несомненно. И из чего составится этот «рудный каравай»?
– Богатой руды у нас будет меньше на 55 тыс. т, а медистой и вкрапленной – на 336 и 365 тыс. т, соответственно, больше. Замечу, что у переделов филиала уже есть опыт успешной работы при таком рудном балансе.
– А вывезете такую «гору»? Достаточно ли механизированы для этого рудники?
– Достаточно. Кроме того, на закупку подземных машин у наших постоянных и проверенных поставщиков в компании запланирован еще1 млрд руб..
– Насколько широко внедряются информационные технологии в рамках повышения эффективности управления производством?
– Отмечу, что именно горняки стояли у истоков компьютерных технологий на комбинате и этого первенства стараются не упускать. К примеру, недавно на горных предприятиях завершено внедрение проекта управления фондами и активами. Теперь данный проект будет реализован на обогатительных фабриках. Усовершенствуются средства подземной связи. Возвращаясь к мысли о «текучести» ситуации на каждом объекте шахты, замечу, что в связи с этим разрабатывается отдельный, применимый только в данных условиях программный продукт. Чтобы «накрыть» им весь рудник и «срастить» в единую информационную систему все разрозненные программы, требуется много усилий. Однако, повторюсь, не стоит мероприятия по повышению эффективности напрямую связывать со снижением себестоимости производства. Она может выражаться в самых разных показателях, чрезвычайно важных в горном деле: в первую очередь, в безопасности, в оперативности принимаемых решений... Автоматика, телеметрия, информационные новации – критерии современности наших предприятий.
– Как и машины с дистанционным управлением?
– Это реалии сегодняшнего дня отрасли. Все вновь заказываемые машины поставляются только с дистанционным управлением, на этом компания экономить не собирается.
– Современному руднику никак не обойтись без специалистов соответствующего уровня, не так ли?
– Работа по воспитанию, обучению, «выращиванию» специалиста-горняка, как и жизнь рудника, не терпит остановок и суетности. Если вы ждете каких–то открытий от меня, то их вроде как и нет... но они есть! Труд под землей, как бы ни была современна шахта, строится во многом на качествах исключительно человеческих. Каждый из рудников – как отдельное государство, а проведенные нами недавно конкурсы мастерства искренне хотелось не только сделать веселыми праздниками труда, но и открыть с их помощью «границы» этих государств, обменяться рукопожатиями и опытом.
– Вы, видимо, противник «трудовых побед, импульсов, ускорений» и считаете их анахронизмом?
– Плановая стабильность – вот к чему нужно стремиться. Сегодня мы работаем над графиками развития отрасли до 2020 г. У нас есть четкое представление, какой горный календарь будет у минерально-сырьевого комплекса Заполярного филиала горно-металлургической компании «Норильский никель» в перспективе. Мы разрабатываем концепцию развития, строим новые предприятия... Чем наши будни хуже трудовых подвигов, а?
